«Хватит с меня материнства»: шесть историй россиянок, решившихся на стерилизацию
© Freepik
Многие представляют материнство как лучший период в жизни каждой женщины. А что делать, если женщина больше не хочет рожать? И фобия от одного лишь слова «Мама». Тема стерилизации достаточно закрыта. Росстат опубликовал статистический сборник «Здравоохранение в России — 2023», в котором подведены итоги 2022 года. Цифры показали, что в стране на фоне снижения числа абортов растет количество стерилизаций женщин. Это радикальный метод. Сейчас, по закону, ее можно делать в двух случаях: при достижении возраста 35 лет, или при наличии двух детей. Достаточно соблюдения одного из этих условий. Однако в январе в Госдуме частично предложили запретить процедуру женской стерилизации, отметив, что она плохо влияет на демографическую в стране. Портал «Страсти» связался с россиянками, которые решились на эту непростую операцию. Они рассказали свои истории о материнстве, абьюзе и о том, почему выбрали такой неоднозначный метод контрацепции.
«Режьте!»: Дарья, 36 лет
Когда мне исполнилось 35 лет, я пошла на операцию по стерилизации. Мне отказывали на всех этапах, мотивируя, что формулировка закона «старше 35 лет» означает возраст, начиная с 36 лет. Но мои многочисленные звонки в страховую, вопли и твёрдость, видимо, сыграли свою роль, и мне сделали перевязку методом лапароскопии.
У меня есть семилетняя дочь от первого брака, мы живем с ней в ипотечной однушке. Ее папа был бы рад помочь материально, но не имеет возможности.
Детей я никогда не хотела, мой ребенок появился в результате прерванного полового акта. После — развод, ипотека и осознание того, что я дочурку то еле тяну… хватит с меня материнства. Спираль у меня стояла, не понравилась по разным причинам, таблетки я ненавижу и забываю пить, от них еще испытываю «побочку». Я поняла, что хочу получать удовольствие и не думать о возможной беременности. И я решилась на данную процедуру и прошла ее в рамках ОМС.
Через месяц после достижения 35-летия я обратилась в свою районную женскую консультацию по месту жительства с формулировкой: «Режьте! Хочу стерилизацию, мне есть 35 лет». Гинеколог дала направление на анализы, после она сказала, что предоставит направление в больницу со словами: «Но, думаю, тебе откажут. Я у заведующей ещё уточню».
В страховой мне уточнили, что я имею право на данную процедуру. Поэтому я была полна решимости. Начинаю собирать стандартный набор анализов: ЭКГ, кровь, моча, УЗИ женских половых и почек, флюорография, мазки и кровь на инфекции. Фишка в том, что все анализы имеют свой «срок годности»: например, УЗИ — три месяца, биохимия крови — две недели. Приходилось рассчитывать, когда записаться на анализы, чтобы результаты были не «протухшие» к моменту консультации в больнице. УЗИ пришлось делать платно, просто не было окошек по ОМС.
Тем временем, мне позвонила заведующая женской консультации со словами: «Куда вы, дамочка, собрались? На операцию имеют право женщины с двумя детьми, а у вас — один». Я ответила: «В законе сказано, что ее можно делать или при наличии двух детей, или в возрасте старше 35 лет». В страховой подтвердили эту информацию. Но она продолжала стоять на своем.
Несмотря на это, я записываюсь на консультацию по направлению от гинеколога в больницу. Там врач, спокойно посмотрев все анализы, рассказала о последствиях операции, выдала список новых исследований, которые будут нужны к моменту госпитализации и список того, что нужно взять в больницу.
© Freepik
В палате в основном лежали девушки на сохранениях, с патологиями беременности, и я такая, распрекрасная, на стерилизацию. Меня вызывают на предоперационный досмотр с хирургом и завотделением, которая мне сообщила, что в операции отказывают якобы потому, что мне нет 36 лет. Я пытаюсь привести снова все аргументы, связанные с законностью процедуры, тем более у меня есть разрешение от врача-гинеколога. Но и это не убедило заведующую. Я, разозлившись, звоню в страховую, они рассказали, что, оказывается, эту больницу уже штрафовали за отказ в перевязке маточных труб. Они мне посоветовали идти к главврачу, но и он мне запретил операцию, сказав, чтобы я пришла через год, когда мне исполнится 36 лет.
Я пошла в палату собирать вещи. Хирург, которая была на осмотре, посочувствовала моей ситуации. Минут через 40, когда я уже жду документы, она залетает в палату с воплями: «Позвонил главный врач, сказал оперировать, завтра — режем!». Не знаю, что там у них произошло.
После операции у меня жутко болела вся правая половина тела. Оказывается, это нормально после лапароскопии, поскольку там живот надувают газом.
Сейчас я шикарно себя чувствую: либидо на высоте, шрамов особо нет. У меня нет ни денег, ни жилплощади, ни умения воспитывать детей, поэтому я не жалею о содеянном. Мне совершенно плевать на осуждение со стороны других людей, потому что никто из них не способен понять, насколько мне тяжело быть мамой. И вообще, на мой взгляд, на свете гораздо больше детей, чем родителей, поэтому не стоит рожать если нет на то желания.
«Ужасно боялась повторения того же кошмара»: Арина 33 года
Ребёнка я хотела лет с 23, но, не получалось. Были пройдены куча врачей, от гинекологов до репродуктологов. Посмотрели меня под микроскопом. Диагноз: первичное бесплодие. Все органы на месте, но не работают как нужно — яичники усечённые (были разрывы кист на обоих яичниках), маточные трубы извитые, а внутри матки постоянное воспаление. Дошло до того, что предлагали ЭКО. Я отказалась. В церковь ходила, много молилась. Мне так было легче. Даже настраивала себя на приёмного ребёнка.
В марте 2021 года узнала, что я жду ребенка. Беременность проходила довольно легко. Единственное, что на первом скрининге напугали вероятностью рождения малыша с синдромом Дауна (впоследствии ничего не подтвердилось). Роды были со стимуляцией, на 39 неделе (врачи боялись сосудистых нарушений у ребёнка из-за перенесённого ранее ковида). Закончилось всё экстренным кесаревом сечением. Как только меня выпустили из реанимации, я пошла искать своего ребёнка. Нашла. Забрала в палату. Полчаса им любовалась. А потом он проснулся. И … начался мой персональный ад. Первые полгода он не кричал, только когда спал. А спать он мог только на мне. Я знала все способы избавления от коликов, всё способы успокоения… Но ничего на практике не работало. Я сильно похудела — до 48 кг, элементарно, от недоедания. Я стала понимать мам, которые мечтали попасть в больницу, чтоб отдохнуть.
Так прошло 1,5 года. Ребёнок начал успокаиваться, я начала высыпаться и нормально есть. Тут внезапно узнаю про вторую беременность. Сказать, что у меня был шок — это не сказать ничего. Мы с мужем предохранялись, плюс я пила гормоны и кормила грудью. И тут опять… Мысли идти на аборт не было. Это как-то неправильно, сначала много лет просить ребёнка, а потом другого просто убить. Но всё же любви ко второму ребёнку не было совсем. Я ждала, что беременность замрет. Ужасно боялась повторения того же кошмара, что пережила с первым.
Попав уже в роддом, я слёзно просила врача о втором кесаревом сечении и стерилизации. Из показаний к нему у меня было только наличие двоих детей. В день Х я испугалась так, что словила первую в жизни паническую атаку. Мне казалось, что жизнь моя закончена и дальше ничего уже не будет.
На операционном столе меня ещё раз спросили, не передумала ли я перевязывать трубы. Я была настроена решительно. Мотивация была проста — до 35 лет ещё одного ребёнка я ни психически, ни физически не вывезу. А после 35 лет высок риск рождения детей с хромосомными аномалиями. Поэтому было принято такое решение. В конце концов, если уж очень захочется ещё одного ребёнка — всегда есть ЭКО и вариант с усыновлением, а идти на аборт я бы не смогла.
«Статус многодетной мамы для меня звучит дико»: Вероника, 34 года
На данный момент, я — многодетная мама. У меня есть 15-летняя дочь, трехлетний сын и двухлетняя дочь. Я воспитывалась в семье, где всегда были маленькие дети, а я с ними нянчилась, поэтому представление о них у меня сложилось очень давно. Я категорически не хотела иметь более одного ребенка и не планировала рожать после 30 лет, зная об определенных рисках. Тем более, что я появилась на свет, когда маме было 38 лет. Она очень хотела семью, но мой отец не был с ней солидарен. В итоге большую часть своего детства я была предоставлена сама себе: сама лечилась, сама себя развлекала, в 14 лет я уже начала работать. Это и сформировало мое не очень позитивное отношение к материнству.
© Freepik
Но в моей жизни, как это часто бывает, все пошло не по плану. В юности я познакомилась с молодым человеком, и мы начали жить вместе. Мы планировали стать родителями к 25 годам, не раньше. Но случилась трагедия — он погиб в ДТП, и на девять дней со дня аварии я узнала, что противозачаточные таблетки, которые я принимала, не сработали. Тогда мне было 19 лет. И когда я рассказала о своем положении родным и друзьям, мне стали навязывать, что должна же остаться память от человека. Поэтому даже не ставилось под сомнение, надо ли рожать. Не было вопросов, хочу ли я, надо ли это. Наверное, на 19-летнюю девочку это сильно повлияло.
После у меня были отношения, и я всегда предохранялась. К 30 годам под давлением общества я начала думать: «Часики-то тикают». И начался активный поиск мужчины, который захочет ребенка. Так я «угодила» в абьюзивные отношения. Мне попался «альфач», который очень хочет детей и семью. Прямо сейчас. Я очень быстро забеременела.
Первые роды я оплачивала сама в хорошей клинике благодаря тому, что трудилась на двух работах. В этот раз он пообещал взять на себя всю ответственность, но это оказались лишь слова. Из-за него я лишилась друзей и руководящей должности. В итоге он буквально меня «запихнул» в родильный дом, где я подписала договор на проведение активных родов. Спросив у врача о том, что это, она мне пояснила: процесс будет идти стремительно. Я решила, что лучше пусть все пройдет быстро, но я рожала 11 часов. Ребенок был большим по весу, и он спал перед своим появлением на свет. Медперсонал из-за этого начал паниковать. Моя ошибка — я поначалу отказалась от эпидуральной анестезии, хотела сделать ее потом, но было уже поздно. Ребенок рождался практически «насухую», во мне не было воды. У него были многочисленные повреждения, гипоксия. Это был очень травмирующий опыт.
Перед выпиской врач мне строго-настрого запретила половые контакты на протяжении трех месяцев. Но, когда я приехала домой, муж сразу же начал намекать на интим. Когда я ему сказала, что мне пока нельзя, это его взбесило. На протяжении недели он терпел, а потом — просто зажал рот мне рукой, пока ребенок спал, и сделал свое дело.
В тот момент, оказывается, у меня уже восстановился менструальный цикл, а я этого не поняла: думала, что до сих пор испытываю последствия родов. О своей третьей беременности я узнала на восьмой неделе. Мужу я сказала, что снова становится мамой не хочу, так как мой организм еще не восстановился. Он сказал категорически: «Меня это не волнует, если ты сделаешь аборт, я тебя изобью так, что ты станешь инвалидом». В тот день я получила свою первую пощечину. Дальше, естественно, стало только хуже.
Роды были вновь непростыми, и я вспоминаю о них до сих пор, хотя дочери уже два года. Но мне попался хороший врач, которого я просила сделать кесарево, правда, он не согласился, поскольку было не положено по медицинским показаниям. Я сильно просила: мне хотелось сделать во время него перевязку маточных труб, но последовал отказ. Тогда я сказала, что вернусь, когда мне исполнится 35 лет.
Сейчас я готовлюсь к операции, собираюсь ее сделать методом лапароскопии. Подготовка стандартная: набор анализов, УЗИ. Морально я понимаю, что не «вывезу» еще детей. Для меня даже сейчас статус многодетной звучит дико. Мне очень помогает старшая дочь, хоть это и неправильно, но другого выхода и помощи у меня нет. Так и потихоньку справляемся. В планах у меня покупка своего жилья, надеюсь, все сбудется. Считаю, что женщине важно иметь возможность распоряжаться своим телом, для этого нужно иметь материальную подушку безопасности и не влезать в абьюзивные отношения. Пройдя такой опыт, я сама заинтересовалась психологией, в частности — помощью женщинам. Сейчас я развиваюсь в этом направлении.
«Неполноценности не ощущаю»: Анастасия, 42 года
Перед вторым кесаревом сечением при обсуждении с врачом, когда будет операция, какой наркоз я хочу, я спросила, могут ли сразу сделать стерилизацию. Тогда мне было 38 лет. Врач только уточнила уверена ли я, знаю ли я, что это необратимо и принесла кучу бланков на подпись. Но она приняла мое решение, поскольку, по закону, я проходила под операцию. И во время кесарева мне сделали перевязку маточных труб. Прошло три с половиной года, все хорошо. Неполноценности не ощущаю — довольна.
К слову, мой муж решил сделать вазектомию (мужская стерилизация — прим. «Страсти»). Ему пришлось пройти три круга ада, чтобы сделать операцию: отказы, «потерю» анализов и рассказов о том, что у него пропадет эректильная функция.
Почему мы решили так перестраховаться? Существует все же маленькая вероятность несрабатывания одной перевязки, а детей мы больше не хотим. Моей маме, например, делали стерилизацию в 80-х, но спустя 10 лет, у меня родился брат. Ну и плюс — это замечательная профилактика простатита.
«Я приняла правильное решение»: Кристина, 32 года
Сразу после рождения второго ребенка я искала варианты в своем городе, где делают женскую стерилизацию, но безуспешно. Их было два, но в одном требовали наличие и двух детей, и возраста 35 лет, а в другом — запросили за операцию 43 тысячи рублей. Бесплатно мне отказали везде.
Ближайшим крупным городом был Санкт-Петербург, и я начала искать клиники там. По отзывам выбрать несколько и остановилась на одной. Операция стоила 17 500 — сумма меня устроила. Я сходила к своему гинекологу, взяла направления на анализы. Она тоже очень удивилась расценкам местной больнички и тому, что они отказали в операции по ОМС. Дала все направления на анализы, направление на консультацию к терапевту. Терапевт выдал бумажки на ЭКГ и флюорографию. По результатам все было в норме, кроме мазка — лейкоциты зашкаливали. Его я пересдала, но ответ так и не пришел к отъезду, поехала с таким.
Утром прилетела в Петербург, перед самолетом ничего не ела, чтобы на нервах не стошнило. От аэропорта до клиники легко добраться. Меня оформили, сказали, что лейкоциты до 100 — нестрашно. Беседа с анестезиологом, рассказ про эндотрахеальный наркоз (анестетик вводят в дыхательные пути пациента через специальную трубку — прим. «Страсти»). Я предупредила о том, что состою на учете у невролога с эпизодическими потерями сознания. Потом беседа с доктором, который будет оперировать. Я была на ОК, врач сказал, что необходимости их пить больше нет. Зато пришлось выпить слабительное. Это было самое неприятное из всех трех дней.
В день перевязки я натянула компрессионные чулки и в назначенное время за мной пришли и забрали в операционную. Там поставили в левую руку капельницу, на правую — тонометр, пристегнули руки и ноги, добавили в капельницу что-то из шприца, и я вот прихожу в себя уже после операции. Меня отвезли в палату, попросили час не спать, два часа не пить. Через какое-то время я почувствовала, что теряю сознание. Когда я пришла в себя, медики мне сказали, что у меня были судороги. Разрешили пить водичку, живот болел в местах проколов.
Потихоньку я восстановилась. Спустя несколько дней, я уже была дома. Перелет прошел нормально. Запретили два месяца жить половой жизнью и поднимать тяжелое. Я считаю, что приняла правильное решение. Тем более, предыдущие роды прошли тяжело, мой организм был измотан, и я не хотела пережить это снова.
«Рожать больнее»: Евгения, 34 года
Так получилось, что обе мои беременности были нелёгкими, а про первые роды даже вспоминать не хочется: схватки на 29 неделе, роды в очень сельском роддоме, ну и вообще ужас был. Второй раз мне удалось доносить ребенка до нормального срока, но родить вот прям здорового малыша у меня опять не получилось. В общем, появилась уверенность, что в эту лотерею я больше не играю — смысла нет. Я проигрываю.
Мне было немного проще организовать всё это дело, потому что гинеколог, которая меня вела, всю историю с географией знала, и понимала почему я больше не хочу в роддом. Обошлось без лишних отговариваний и запугиваний. Мне выдали на анализы, а потом дали направление в наш Перинатальный центр.
© Freepik
С направлением из женской консультации и результатами анализов приехала в центр. Там полдня оформляли, положили в палату. Следующий день просто валялась и на беседу с анестезиологом сходила. Тут надо уточнить, что у меня в спине имплант титановый, а наркоз предполагался спинальный, поэтому мы там с анестезиологом решали, как лучше сделать. Утром следующего дня меня повезли на лифте в операционную и все-таки выбрали спинальный наркоз. Мне делали разрез, как на процедуре кесарево, потому что мы попутно еще одну проблему решали, а вообще можно лапароскопией обойтись.
После операции сначала я приходила в себя, потом отпустили в палату. Выписали спустя два дня. Через неделю гинеколог сняла швы в моей женской консультации. Болело терпимо, постепенно начало вставать и ходить. Рожать, как по мне, больнее.
От операции лично у меня одни плюсы: секс без предохранения, никаких волнений от задержек, никаких больше детей. Чувствую себя прекрасно, никаких последствий для здоровья за шесть лет я не ощутила. Не жалела ни одного дня вообще. Я много лет пила противозачаточные таблетки, которые тоже не полезны, а спираль не даёт достаточной степени защиты.
«Ситуация раздута»: мнение гинеколога о запрете частичной стерилизации
Количество женщин, которые решаются на данную операцию, — минимальное. Обычно на нее идут россиянки, которые уже стали мамами и выполнили свою репродуктивную функцию, объясняет кандидат медицинских наук, врач акушер-гинеколог, руководитель «Клиники репродуктивного здоровья» в Барнауле Лариса Кобозева.
«Ситуация с женской стерилизацией раздута, и она не настолько остра. В основном перевязка происходит на кесаревом сечении. На стерилизацию женщины решаются в основном, когда дальнейшие беременности грозят разрывом матки, истончением рубцов на матке. После извлечения ребенка, хирург проводит перевязку труб. Между ними наносятся насечки, чтобы процедура была более эффективной, потому что, если она выполнена не слишком правильно, у трубы может возникнуть проходимость, и может случиться маточная или внематочная беременность. Я считаю ее рост (стерилизации, прим. „Страсти“) связан с тем, что женщины все чаще рожают методом кесарева сечения, поэтому стало и больше стерилизаций — заодно сделать операцию проще».
Если акушеры видят, что у женщины есть перспектива беременности, они могут ее переубедить, продолжает врач. Ситуации бывают разные, и порой женщины могут пожалеть о своем шаге.
«Более 20 лет назад ко мне в отделении родильного дома обратилась женщина, которая попросила о перевязке труб на втором кесаревом сечении. Ей было уже тогда 35 лет. В дальнейшем она попадает в аварию, в которой погибают ее дети. Поэтому надо очень хорошо подумать прежде, чем идти на нее», — объясняет специалист.
При этом сейчас женщина после перевязки труб может забеременеть при помощи ЭКО (экстракорпорального оплодотворения).
Гинеколог добавила: в ее практике за последние годы было буквально пять-восемь женщин, которые решились на данную процедуру. Все они, как и говорила ранее врач, делали ее «заодно», когда неизбежно было вмешательство в область малого таза. Специалист не сталкивалась с женщинами, которые пошли на операцию «просто так» и «без какого-либо обоснования».
«Мамочки с опытом»: перинатальный психолог — о женской стерилизации
Женщины руководствуются множеством причин, когда решаются на стерилизацию, рассказала перинатальный психолог Елена Бахарева. Специалист подтверждает: идущие на процедуру, чаще всего, выполнили свой репродуктивный потенциал.
«Иногда ко мне приходят перед процедурой по прерыванию беременности многодетные мамы пятерых или даже шестерых детей, — рассказывает Елена Бахарева. Такие мамочки „с опытом“. — Мы начинаем разговаривать и в процессе выясняется, что им не подходят стандартные методы контрацепции: спираль, презерватив, противозачаточные таблетки. И тогда мы рассматриваем вариант перевязки труб. Я, как психолог рассказываю об операции, как это все проходит. Обычно женщина уже морально готова к такой процедуре и переубедить ее сложно».
Таких пациенток в принципе немного. Многих подталкивают к процедуре и материальные факторы, добавляет специалист. Не все могут себе позволить покупать каждый месяц противозачаточные таблетки, которые недешево стоят.
Что делать, когда женщине отказывают в проведении стерилизации: отвечает юрист
Как пояснила юрист Ксения Корсукова, хоть и операция проводится по желанию женщины, закон п. 1 ст. 57 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», предписывает условия, при которых она может быть проведена:
- возраст 35 лет
- наличие двух и более детей
Также стерилизация проводится при наличии определенных заболеваний и состояний, которые тоже определены в законе. К ним относятся: разрыв матки, несколько операций кесарево, серьезные сердечно-сосудистые заболевания, тяжёлая форма диабета и другие, объяснила юрист.
«Если женщина соответствует всем приведённым выше условиям, а врач отказывает в операции, то здесь необходимо попросить доктора изложить причину отказа в письменной форме. Это будет служить доказательством в дальнейшем при обращении к вышестоящим должностным лицам. Одним из которых является главный врач медицинского учреждения»
При несогласии с отказом проведения операции женщина может обратиться к главному врачу, приложив объяснения врача.
Здесь важно составить заявление в двух экземплярах. Один передаётся главному врачу, на втором ставится подпись и печать о получении. Если же и здесь отказываются принять документ, то заявление можно направить по почте России с уведомлением о вручении.